В Астане Айслу АСАН развивает социальный проект, который объединяет сразу две задачи: рассказывать о социальном предпринимательстве и создавать возможности для удаленной работы людей с инвалидностью, передает vechastana.kz.
Двадцать два года назад Айслу Асан получила травму и оказалась в инвалидном кресле. В те годы, по ее словам, у человека с инвалидностью было гораздо меньше возможностей: не было доступной среды, Интернета, онлайн-образования и привычных сегодня цифровых сервисов. Пять лет ей понадобилось, чтобы принять новую реальность. Теперь она хочет сделать так, чтобы другим людям проходить этот путь было легче, в том числе благодаря возможности работать.
- Айслу, откуда появилась идея создать социальный портал?
- Если честно, я пока называю это, скорее, небольшим сайтом, чем порталом. До этого я десять лет работала в социальном бизнесе в Москве в компании, которая занималась трудоустройством людей с инвалидностью. В 2016 году пришла туда на стажировку. Из всех участников обучения я была единственным человеком из Казахстана, а после стажировки нас осталось всего двое на коляске - я и Александра. Так я попала в проект и начала обучаться всему. За десять лет компания сильно выросла: появилось много сотрудников, трудоустроенных людей, партнеров из бизнеса. Весной этого года я вышла из найма и решила попробовать сделать что-то самостоятельно уже в Казахстане. Мне хотелось перенести сюда тот опыт, который я получила за эти годы.
Поначалу думала, что смогу консультировать бизнес по вопросам трудоустройства людей с инвалидностью. В первую очередь речь шла о цифровых профессиях, которые позволяют работать из дома: дизайн, вебразработка, контент, SMM и другие современные направления. Но довольно быстро поняла, что хорошо знаю социальную сторону вопроса, а вот как работать непосредственно с бизнесом - здесь знаний мне не хватает. Я не до конца понимала, как продавать такие услуги, как упаковывать их в коммерческое предложение, как разговаривать с предпринимателями на их языке.
А потом совершенно случайно попала на мероприятие по социальному предпринимательству в Караганде. Узнала о нем буквально вечером, а утром уже была там. Причем мероприятие проходило на втором этаже здания без лифта, и мне пришлось подниматься туда на коляске. Я решила, что это знаково. Там я познакомилась с представителями Национальной палаты предпринимателей «Атамекен» и поняла: социальное предпринимательство - как раз то направление, в котором я работала много лет. Так появилась идея создать проект, где мы будем рассказывать о социальных предпринимателях, причем делать это вместе с командой ребят с инвалидностью. Я начала искать дизайнера, человека, который пишет тексты, специалиста по верстке, а параллельно - интересные истории и кейсы.
Одним из первых стал кейс предпринимательницы, которая занимается сыроварением. Нашла ее через региональный «Атамекен», а потом оказалось, что она живет в моем поселке, а наши дети учатся в одном классе. Мы поехали к ней со съемочной группой и сделали первый материал. Для меня это был пилотный проект - возможность попробовать собрать команду, найти специалистов и понять, что вообще есть на рынке Казахстана и моего региона.
- Получилось ли сразу превратить эту идею в работающий бизнес?
- Я воспринимаю этот проект именно как пилотный. Сейчас у меня назревает другой проект - уже с попыткой напрямую зайти в бизнес и протестировать решения по трудоустройству людей с инвалидностью на удаленные позиции. Хочу предложить компаниям посмотреть пилот, какие вакансии у них можно адаптировать, какие специалисты для этого нужны, какие условия необходимо изменить. Параллельно собираю информацию о потенциальных сотрудниках, чтобы в дальнейшем можно было подбирать людей под конкретные задачи бизнеса.
- А кто сейчас входит в вашу команду?
- Все ребята работают удаленно. У меня есть люди из Астаны и Акмолинской области, девушка из Риддера, я сама из Карагандинской области, есть коллега из Петропавловска. Всего нас шесть человек. Иногда к нам подключается мой бывший сотрудник Руслан Валиуллов, который помогает советом и экспертизой. Для меня важно, что это не просто разговоры о трудоустройстве людей с инвалидностью. Я вкладываюсь в этих людей: обучаю тому, что сама умею, покупаю для них дополнительные курсы, помогаю осваивать новые навыки. Мой сайт изначально выстроен с учетом доступности для незрячих пользователей и уже протестирован ими. Этим принципам я обучаю и своих дизайнеров.
- Вы много говорите о праве людей с инвалидностью на работу. Почему для вас эта тема настолько важна?
- Потому что инвалидность - это не приговор и не характеристика человека как профессионала. У человека с инвалидностью есть право работать. Казахстан ратифицировал соответствующую международную конвенцию, и это означает, что такое право должно быть обеспечено. Я сама живу с приобретенной инвалидностью уже 22 года.
Поэтому прекрасно понимаю, что инвалидность может очень неожиданно войти в жизнь любого человека. Сегодня ты работаешь, строишь планы, занимаешься семьей, бизнесом, а завтра обстоятельства могут измениться. Именно поэтому я говорю о защищенности каждого из нас. У меня нет морального права просто забыть тот опыт, который я получила за десять лет работы в Москве, и ничего не делать здесь.
- Что, на ваш взгляд, мешает бизнесу нанимать людей с инвалидностью?
- В первую очередь стереотипы и страх. Люди просто не знают, как работать с человеком с инвалидностью, как с ним общаться, какие условия ему нужны. Иногда человека воспринимают либо как объект жалости, либо, наоборот, как какую-то исключительно мотивационную историю. А человек с инвалидностью может быть профессионалом. У меня самой паралич от шеи. При этом руки работают, и я научилась работать за компьютером большим пальцем левой руки, без мышки. Я делаю это достаточно быстро и хорошо.
Мой коллега Руслан руководит направлением веб-разработки и пользуется айтрекером - специальным устройством, которое позволяет управлять компьютером глазами. То есть современные технологии позволяют человеку оставаться профессионалом даже при очень сложной инвалидности. Нужно просто быть готовым смотреть на возможности человека, а не на его диагноз.
- Но когда человек только получает инвалидность, ему ведь бывает очень сложно снова включиться в жизнь. Что может стать мотивацией?
- Если говорить о моем опыте, он немного отличается от сегодняшнего. Тогда не было Интернета, цифровых сервисов и тех возможностей, которые есть сейчас. Человек фактически мог оказаться заложником собственного тела и собственной квартиры. После травмы я пять лет находилась в депрессии. Тогда мне помогло прежде всего время. В какой-то момент понимаешь: тебе надо жить дальше. И если ты хочешь жить по-человечески, нужно выйти из комнаты, посмотреть на себя в зеркало, принять себя таким, какой ты стал, и постепенно начать жить. Сегодня ситуация совершенно другая. Есть Интернет, сообщества, фонды, онлайн-курсы, удаленная работа. Человек может получить новые знания и освоить профессию, даже если его прежняя работа больше ему недоступна. Возможностей сейчас намного больше. Именно люди с разными заболеваниями и состояниями, при которых обычный офисный формат становится практически недоступным. Но при этом их профессиональные навыки никуда не исчезают. Программист, дизайнер, специалист по контенту может продолжать работать, просто в другом формате. Именно поэтому я считаю, что оставить человека без работы, когда у него есть желание работать удаленно, - огромная проблема. Работа дает человеку не только деньги. У него появляется график, обязанности, команда, ощущение собственной полезности. Он знает, что его ждут и что от него зависит результат. Для человека с инвалидностью работа часто значит гораздо больше, чем просто заработок. Если ему дали возможность, поверили в него и создали подходящие условия, он будет ценить это место и стараться работать. Иногда мотивацией может стать простая вещь: кто-то приходит и говорит человеку: «Давай попробуем, нам нужен такой специалист, у нас есть работа». Для человека, который долго находится в изоляции, такая возможность может стать точкой опоры.
- Получается, удаленная работа может серьезно изменить ситуацию?
- Конечно. Особенно для людей, которым физически сложно находиться в офисе. Например, кто-то может сидеть в коляске только несколько часов подряд, потому что более длительное сидение может привести к проблемам со здоровьем. Кому-то сложно пользоваться даже адаптированным туалетом. Поэтому вопрос не всегда в том, хочет человек идти в офис или нет. Иногда он просто не может этого сделать без вреда для себя. И это касается не только людей на колясках. Есть люди с разными заболеваниями и состояниями, при которых обычный офисный формат становится практически недоступным. Но при этом их профессиональные навыки никуда не исчезают. Программист, дизайнер, специалист по контенту может продолжать работать, просто в другом формате. Именно поэтому я считаю удаленную занятость одним из важных инструментов инклюзии.
- А что изменилось за эти 20 с лишним лет в отношении людей с инвалидностью?
- Очень многое. Когда я получила травму, мы во многом оказывались изолированы от общества. Сейчас есть Интернет, можно общаться с людьми из разных городов, находить сообщества, учиться, работать онлайн. Изменились и технологии. Например, когда я работала в Москве, у нас был дизайнер с очень сложной инвалидностью, который практически не выходил из дома. Он занимался моушн-дизайном, хорошо зарабатывал, но в какой-то момент понял, что ему практически некуда тратить деньги, потому что он не выходит из дома. Тогда мы стали смотреть шире. Если человек не может прийти в магазин, ресторан или офис, значит, услуги должны прийти к нему через Интернет. Даже такая простая вещь, как доставка еды, для человека с инвалидностью может иметь огромное значение. Например, если человек не слышит или не говорит, обычный телефонный звонок курьера уже становится проблемой. Значит, сервис должен предусматривать другой способ связи. Это огромный пласт работы, который касается не только трудоустройства, но и доступности всей цифровой среды.
- Как вы видите будущее своего проекта?
- Я понимаю, что у меня есть хорошая экспертиза, причем достаточно редкая для Казахстана. Проблемой трудоустройства людей с инвалидностью занимаются разные организации и государство, но она до сих пор не решена. Несколько лет назад мы говорили примерно о 30% трудоустроенных людей с инвалидностью, и сейчас показатель, о котором я говорю, остается примерно на том же уровне. При этом существуют субсидии, адаптированные рабочие места и другие меры поддержки. Мне хочется найти людей и партнеров, которые помогут развивать эту тему. Мне важно говорить об этом на уровне бизнеса, потому что бизнес тоже может участвовать в решении проблемы.
- Что конкретно вы можете предложить бизнесу?
- Я вижу, как минимум, два направления. Первое: мы можем вместе с бизнесом создавать социальные проекты, связанные с людьми с инвалидностью, а затем профессионально их упаковывать. В моей команде есть дизайнер, автор текстов, специалист по верстке и я со своим опытом. Второе: мы можем предложить бизнесу пилот. Например, вместе посмотреть, какая вакансия может быть адаптирована под человека с инвалидностью, какие навыки нужны, какие условия необходимо изменить и какого специалиста можно подобрать. При этом очень важна работа не только с самим сотрудником, но и с командой. Бизнес может выделять наставника для интеграции специалиста с инвалидностью под свои задачи. Коллегам тоже иногда требуется объяснить, как правильно взаимодействовать с сотрудником с инвалидностью.
- Ваша задача сейчас - не только создать сайт, но и постепенно сформировать вокруг этой идеи сообщество?
- Да. Сайт может развиваться или не развиваться - для меня это не самое главное. Главное, чтобы процесс запустился, чтобы люди начали интересоваться темой, чтобы появлялась экспертиза, которой можно делиться, чтобы формировались сообщество и партнерства. Конечно, хотелось бы, чтобы в перспективе на этом могли зарабатывать и я, и моя команда. Потому что любая экспертиза и любой профессиональный навык стоят денег. Если мы сможем зарабатывать на своей работе, у нас будет стимул развиваться, придумывать новые проекты и привлекать в команду еще больше людей, которые хотят и могут работать. Мне кажется, наше общество сейчас постепенно готово посмотреть на эту проблему иначе. Не просто закрыть квоту и устроить на субсидированные рабочие места - это временная поддержка государства, а осознанное - далее человека нужно брать в штат, адаптировать под новые задачи, дать возможность расти. Но важно понимать: здесь ответственность лежит не только на государстве и бизнесе. Есть вопросы и со стороны самих людей с инвалидностью - кто-то действительно готов работать, а кто-то пока нет. Поэтому здесь нужен диалог с обеих сторон. А я хочу быть одной из тех, кто этот диалог начинает.
Екатерина ТЫЩЕНКО
Фото из архива спикера
