Решение продолжать службу по контракту для многих солдат-срочников сегодня становится осознанным выбором в армейской биографии. История военнослужащего Темерлана МУХАМЕДЖАНОВА показательна. Его выбор остаться в строю сформировался не сразу, а стал итогом наблюдений, переживаний и внутреннего голоса.
Срочная служба
Срочную службу парень проходил в десантно-штурмовом отделении в звании младшего сержанта. Уже в первые дни, по его рассказам, возникло ощущение, которое сложно описать формальными словами, скорее, это про внутреннее состояние, чем про внешние условия. Сейчас он командир минометного расчета десантно-штурмового батальона морской пехоты Военно-морских сил РК.
Вспоминает, что, впервые прибыв на службу в ВМС, неожиданно почувствовал спокойствие: не напряжение, не стресс от новой среды, а, наоборот, некую собранность и даже облегчение. Это, как он говорит, во многом было связано с окружением — с тем, как их встретили.
Темерлану в части сразу после прибытия очень понравилось, он снова уточняет: дело не в бытовых мелочах, а в общем фоне — в отношении личного состава друг к другу, в ощущении, что ты не просто «единица», а человек, к которому присматриваются, которого слышат.
Особую роль сыграл и предыдущий опыт. До этого он уже находился в военной системе — был курсантом, проходил службу в другом месте. Поэтому восприятие новой части шло не с нуля, а через постоянное сравнение.
Именно это сравнение, по его словам, и стало определяющим. Если раньше служба воспринималась как жесткая система, то здесь акцент оказался смещен в сторону взаимодействия и поддержки. Он прямо говорит, что в сравнении с предыдущим местом службы условия в Актау показались ему значительно более комфортными, и речь снова не столько о быте, сколько о человеческом факторе.
Ключевым элементом, который он выделяет, остается работа командиров и сержантского состава. В его рассказе это звучит не как дежурная формулировка, а как наблюдение, подкрепленное опытом.
— Понравилась атмосфера. Командиры отделений, сержанты взводов и другие уполномоченные лица, которые работают с личным составом, были небезразличны. После шести месяцев службы решил, что, скорее всего, останусь здесь по контракту. Согласовал с родителями, поговорил об этом, — продолжает военнослужащий.
Такой подход, по его словам, формирует не только дисциплину, но и доверие. А именно это в конечном счете влияет на решение остаться или уйти.
Уже спустя шесть месяцев службы он принял для себя окончательное решение продолжить путь в армии. Контракт, который он заключил, рассчитан на три года — это стандартный срок первого соглашения с возможностью дальнейшего продления. Но, прежде чем подписать его, необходимо пройти ряд проверок. Этот период ожидания был напряженным, но ни разу не возникло желания отказаться от принятого решения, наоборот, только укрепилась уверенность в правильности выбора.
Наш герой уже семь месяцев служит по контракту. И этот этап, по его словам, подтвердил первоначальные ощущения: система отношений внутри подразделения не изменилась. Он подчеркивает, что поддержка со стороны сослуживцев и командиров сохраняется: «помогают всегда и во всем, ни в чем не отказывают». Эта фраза, по сути, раскрывает неформальную сторону службы — ту, о которой редко говорят в официальных отчетах, но которая напрямую влияет на восприятие профессии.
Приморский город
Интересно, что в его рассказе важное место занимают и детали, не связанные напрямую со служебными обязанностями. Например, город, в котором проходит служба. Актау с его морем, климатом и открытыми пространствами стал для него частью личного опыта службы. Он говорит о закатах, привычке после рабочего дня выходить к морю и просто смотреть на горизонт. Эти, казалось бы, бытовые моменты становятся элементом психологической разгрузки и формируют общее ощущение жизни в армии.
— Больше всего, конечно, зацепило море, погода, закаты особенно. Тоска по родителям, друзьям, родным местам будет всегда, — признается Темерлан.
Отдельно он говорит о социальных условиях контрактной службы. В его рассказе это звучит как важный, но не главный аргумент. Тем не менее он подробно описывает, как устроен отпуск: 45 дней в году, возможность самостоятельно выбрать время, подстроить его под личные планы. При этом государство обеспечивает проезд — билеты туда и обратно, а также соответствующие выплаты, что дает военнослужащему определенную свободу — можно поехать домой или пригласить родных к себе.
Говоря о переживаниях, которые часто сопровождают армейскую тему, Темерлан занимает достаточно зрелую позицию. Он не отрицает наличия рисков, не уходит от темы проблемных случаев, прямо признает: такие ситуации бывают, и иногда они связаны с нарушением правил безопасности или человеческим фактором. Но при этом он делает акцент на другом: страх не должен становиться определяющим. В его понимании армия — это не столько риск, сколько этап формирования личности. Он называет ее школой жизни, и в его интерпретации это не клише, а вполне конкретный опыт.
Темерлан считает, что мышление людей после службы меняется: появляются ответственность, понимание будущего, исчезает прежняя бесцельность. В качестве примера парень приводит своих друзей детства — тех, кого он знал задолго до армии. Сравнение до и после, по его словам, очевидно: меняется не только поведение, но и внутренние ориентиры. Люди начинают иначе смотреть на жизнь, принимать более взвешенные решения.
Мама и жена военного
По словам его мамы Айгуль МУХАМЕДЖАНОВОЙ, решение пойти в армию сын принял сам — без давления и без повестки, поставив семью перед фактом. Год срочной службы прошел почти без встреч — только короткие звонки и редкие новости. А затем последовало новое решение — остаться в армии по контракту, которое семья приняла так же непросто, но уже с большим доверием.
— Честно, не хотела, чтобы он шел в армию, потому что знаю эту жизнь изнутри: я жена военного. Он сам принял решение и сказал, что хочет попробовать. В какой-то момент я поняла: просто должна верить, — рассказывает мама.
Сын вырос в военной среде. Отец служил, семья жила в гарнизоне, вокруг всегда были офицеры и военная дисциплина. При этом его собственный путь изначально складывался иначе: после школы он окончил колледж по специальности «бухгалтер-экономист», поступил в университет, но проучился недолго. В какой-то момент решил кардинально изменить направление и начал действовать самостоятельно.
Служба началась с неожиданного шага — Темерлан уехал на обучение в Павлодар, не поставив отца в известность. Получил военную подготовку и права на управление техникой, после чего был направлен в часть. Для семьи это стало еще одним сюрпризом, особенно его выбор морского направления, к которому он раньше не проявлял интереса. Год срочной службы изменил его характер, сделал более сдержанным и взрослым, а вместе с тем сформировал решение остаться в армии уже на контрактной основе.
— Сын вообще не любил воду, не любил плавать, а тут выбрал морскую службу — это было неожиданно. Первый раз, когда вышел в море, ему было плохо, он говорил про морскую болезнь. Но потом привык и никогда не жаловался.
За год службы парень не виделся с родными, только короткие телефонные разговоры, иногда раз в несколько недель. В семье не принято обсуждать рабочие трудности, и Темерлан придерживается того же принципа: лишнего не говорит, не жалуется, не делится подробностями. За это время, по словам матери, он сильно изменился: исчезла импульсивность, появилось ощущение внутренней собранности и ответственности. Именно эти качества заметили командиры и предложили остаться на контрактной службе.
За время службы изменилась не только его жизнь, но и роль в армии: из солдата он постепенно стал тем, кто сам обучает других. Сегодня он работает с новым призывом, передает опыт и несет ответственность за молодых ребят. Служба по контракту дала ему стабильность, но вместе с тем потребовала еще большей дисциплины и вовлеченности. Семья видит эти изменения в редкие моменты встреч и короткие разговоры по телефону, где за сдержанностью чувствуется взросление.
— Он ушел как обычный парень, а сейчас уже совсем другой — взрослый, серьезный. Даже разговаривает по-другому, у него уже планы на будущее, он думает наперед. Сейчас обучает молодых ребят, как раньше мой муж обучал солдат. Я вижу, что он стал ответственнее, самостоятельнее, и понимаю, что армия его сильно изменила, — отмечает Айгуль Мухамеджанова.
Решение о контракте семья приняла не сразу. Командир напрямую обратился к матери с просьбой поддержать сына, однако она отказалась вмешиваться. Для нее это принципиальный момент — не принимать решение за взрослого человека.
Темерлан служит по контракту около года. Его обязанности включают дежурства, работу на КПП, управление техникой и участие в подготовке молодых военнослужащих. Он живет вне казармы, снимает жилье, постепенно выстраивает самостоятельную жизнь. Несмотря на это, для матери самым сложным остается расстояние и редкое общение. За все время службы они почти не виделись, а звонки часто ограничиваются несколькими минутами.
— Он может не звонить по 15-20 дней, и, конечно, я переживаю. Когда он выходит на связь, это буквально пара минут, говорит: «Мам, все хорошо» — и все. Иногда я сама звоню, а он сбрасывает, потому что занят. Я понимаю, что у него служба, ответственность, и стараюсь не обижаться, — делится переживаниями женщина.
Сегодня мама уже иначе смотрит на выбор сына, хотя путь к этому принятию был непростым. Опыт, страх и сомнения не исчезли, но уступили место доверию. Она не дает универсальных советов, но делится тем, к чему пришла сама.
— Я поняла, что у каждого ребенка своя дорога и своя психология. Мы не можем прожить за них жизнь и защитить от всего. Сейчас я просто верю, что у него все будет хорошо. Наверное, это самое главное, что может сделать мама — верить в своего ребенка, — считает Айгуль.
21-летний Темерлан служит по контракту и живет далеко от дома. Но каждое короткое сообщение: «Мам, у меня все хорошо» для нее по-прежнему главное подтверждение того, что он справляется.
Екатерина Тыщенко
Фото из личного архива семьи
