После строгой геометрии Астаны, где кажется, что даже ветер дисциплинированно выполняет свою работу, Абхазия накрывает с головой настоящим изумрудным шоком. Здесь все пропитано теплом: и природа, и люди, и даже собаки, которые встречают каждого гостя с невероятной любовью.
Форум с женским лицом
Поводом для путешествия стал Международный форум деловых женщин «Абхазия-2026». Сухум встретил нас, представительниц из разных стран, удивительной атмосферой, где бизнес-задачи решались с южным гостеприимством.
Организаторы во главе с председателем общественного объединения «Деловые женщины Абхазии» Юлией ГУМБА сумели превратить официальное мероприятие в настоящий праздник творчества. О высоком статусе встречи говорил и протокол: форум открыл Президент Абхазии Бадра ГУНБА, подчеркнув важность мягкой силы и женского лидерства в современном мире.
Вкус и аромат Лабры
Абхазию надо изучать не только в конференц-залах, ее нужно пробовать на вкус. Для этого мы отправились в село Лабра, на местный винный завод, окутанный легендами.
Нас встретил владелец — винодел в четвертом поколении. Здесь за каждой бочкой стоит не просто технология изготовления вина, а история его семьи. Есть свой музей. Среди вековых артефактов и старинных инструментов понимаешь, что время над этим местом не властно.
Дегустация здесь — это не формальность, а момент истины. Вино кажется живым, в нем чувствуется и терпкость винограда, и тепло южного солнца. А когда накрывают стол — щедрый, пряный, пахнущий дымком и травами, то понимаешь главное — он накрыт искренним желанием хозяев отдать гостю все самое лучшее. Из Лабры увозишь не просто послевкусие вина, а осознание того, какую важную роль оно играет в жизни страны. Здесь в каждый бокал вкладывают столько смысла, что вино перестает быть просто напитком.
Цветы на Клумбе мира
Одним из самых трогательных моментов стал завтрак у первой леди Абхазии. Ирма ХАШИГ приняла участников форума с такой простотой и душевностью, что официальный тон отступил на второй план.
Теперь в этой солнечной стране на Клумбе мира появились цветы, посаженные нашими руками. Маленький, но живой символ того, что между нашими странами — тысячи километров, дружба и тепло сердец расцветают на общей почве.
Новый Афон
Поначалу здесь отсутствие городского шума кажется почти оглушающим. Воздух насыщает густая, почти осязаемая смесь аромата разогретой хвои, эвкалиптов, стоящих вдоль дорог подобно великанам-стражам, и соленого дыхания моря. Для нас, привыкших к сухому степному ветру, такой «коктейль» кажется очень насыщенным, почти осязаемым.
Первое, что происходит с тобой в апрельском Новом Афоне, — меняется слух. После Астаны, с ее вечным гулом проспектов и свистом ветра в стальных пролетах мостов и бульваров, здесь накрывает непривычная для городских жителей живая многоголосица. В апреле город еще не слышит круглосуточного стрекота цикад. Вместо них звучит симфония просыпающейся воды. Замираешь, вслушиваясь в этот концерт: бодрый напор водопада, веселое, почти детское журчание реки Псырцхи и бесконечный, мерный всплеск прибоя. В весеннем прозрачном воздухе он звучит отчетливо.
Конечно, в таких местах нельзя быть просто туристом, нужно стать исследователем. Нам повезло: наш гид Даур МИДЖИЯ, человек, влюбленный в каждый камень своей земли, открыл нам древнюю Анакопию не как музейный экспонат, а как живое сердце Абхазского царства.
Человек, спасший гору
Говоря о Новом Афоне, невозможно не упомянуть имя, которое здесь произносят с особым трепетом — Гиви Смыр. Это человек, открывший бездну. В 1961 году, будучи обычным подростком, на одной веревке спустился он в бездонную яму и обнаружил вход в гигантскую Новоафонскую пещеру. Сегодня это чудо природы объемом более миллиона кубометров знает весь мир, но для Гиви это была не просто находка, а начало романа длиною в жизнь.
Смыр был художником и скульптором, но прежде всего — защитником своей земли. Мало кто знает, что в 1970-е годы он пошел на крайний шаг, объявив голодовку в знак протеста против решения властей открыть здесь промышленный карьер прямо у подножия Иверской горы, что навсегда разрушило бы исторический ландшафт.
Гиви Смыр победил. Он отстоял гору, чтобы мы сегодня могли видеть Анакопию первозданной. Его жизнь — это напоминание о том, что один человек, если в его сердце живет искренняя любовь к Родине, может противостоять многому.
Духовный код и человек-бездна
Абхазия — это не только нега и гостеприимство. Это земля с мощным духовным стержнем, который чувствуешь кожей, как в Новоафонском монастыре.
Наш путь лежал к келье-гроту Симона Кананита — одного из двенадцати апостолов Христа. По преданию, именно он принес свет христианства на эти берега еще в I веке. Об этом нам рассказал гид Даур.
Путь к келье — это не просто прогулка, а настоящее паломничество через ущелье реки Псырцхи. Вокруг — декорации к фильму о первых веках нашей эры — субтропический лес, где каждый ствол укутан в мягкий изумрудный мох.
Бирюзовая вода реки и камни, на которых, как верят местные, остались следы святого.
Прямо у тропы, на огромном валуне, виден четкий след человеческой стопы. Говорят, это отпечаток ноги самого апостола, оставшийся в камне как свидетельство его присутствия. Туристы останавливаются здесь, чтобы помолиться и загадать желание. Это удивительное ощущение: прикоснуться к вечности и почувствовать связь с человеком, который ходил здесь два тысячелетия назад.
Место памяти
Чуть дальше по течению реки — место, где, по преданию, оборвалась жизнь апостола. Оно на удивление тихое: только шум воды, отвесные скалы и густая прохлада, которая идет от земли даже в жаркий день. Финальный аккорд — 200 каменных ступеней, высеченных монахами в XIX веке. Влажные и скользкие, они требуют осторожности и концентрации. Каждый шаг вверх по этой лестнице помогает оставить суету там, внизу, у подножия. Подъем не из простых, потому что он крутой. Оказавшись внутри грота, замираешь от мысли: эти своды помнят голос человека, видевшего Спасителя. О том, что произошло здесь две тысячи лет назад, напоминает высеченный прямо в скале крест и икона в небольшой нише.
Иверия
Иверская гора хранит руины цитадели Анакопии IV-VII веков и древнейший храм. Подъем к вершине — это отдельная история ощущений. Запах леса сменяется ароматом травы и лютиков, здесь их называют баи. Для кого-то это просто цветочки, а для абхазов за ними кроется большая культурная традиция. Эти желтые цветы — настоящий символ предпасхальной недели. Именно в это время, совпадающее с началом весны и посевных работ, проводятся особые обряды, призванные наполнить дом достатком и сделать год урожайным. Например, в Вербное воскресенье хозяйка осыпает лютиками очаг. Считается, что лютик способен изгнать из дома негативную энергию, накопившуюся за зиму. Яркие желтые цветы символизируют весеннее солнце, начало нового цикла и пожелание богатого урожая и здоровья всем домочадцам.
Стены крепости — из огромных известняковых глыб. Камень теплый, пористый, с вкраплениями ракушек.
Тайна неиссякаемого колодца
На самой вершине Иверской горы внутри цитадели Анакопийской крепости находится неиссякаемый колодец.
Его главная загадка в том, что источник расположен на высоте 344 метра над уровнем моря, но в нем всегда чистая, прохладная пресная вода, которая никогда не пересыхает и не переливается через край.
Как рассказала нам гид, колодец был высечен в скале строителями крепости еще в VII веке. Ученые до сих пор спорят, как туда попадает вода. Одни говорят о сложной системе, соединяющейся с соседними горами, другие — о конденсации влаги из воздуха, но паломники верят в его чудодейственную силу. У неиссякаемого колодца тихая, почти молитвенная очередь. Здесь никто не разговаривает громко. Лязг цепи, всплеск воды и ледяной глоток мгновенно снимают усталость. Рядом с колодцем находится часовня в честь Иверской иконы Божьей Матери. Выше — Анакопийская (Иверская) башня.
Чтобы подняться наверх, нужно преодолеть несколько ярусов по крутым деревянным ступеням. Внутри пахнет камнем и из бойниц видно море.
Но когда выбираешься на открытую смотровую площадку, пространство сливается, сложно понять, где небо, где море. Здесь нет перил, закрывающих обзор, только древние зубцы стен. Перед тобой разворачивается панорама от мыса Пицунда до Сухума, а за спиной высятся заснеженные шапки Кавказского хребта. Ты стоишь на стыке двух стихий, и кажется, что башня — это мачта огромного каменного корабля, плывущего в облаках.
В гостях у великанов
В Гагре быстро теряешь привычное чувство превосходства над природой. Здесь, среди исполинской зелени, внезапно понимаешь, насколько люди смертны в сравнении с этим живым миром.
Настоящие хозяева города — платаны. Это могучие деревья-патриархи с пятнистыми стволами, которые не обхватить и втроем. Они раскидывают ветви так широко, что целые улицы прячутся под живым зеленым куполом. Под этой защитой не страшен ни тропический ливень, ни палящее солнце. Рядом с ними высятся эвкалипты, которые в народе прозвали бесстыдницами за то, что они ежегодно сбрасывают кору, обнажая светлые, будто выточенные из камня стволы. Пальмы здесь ведут себя совершенно по-хозяйски. Они заглядывают в окна вторых этажей, шелестя жесткими веерами. Здесь даже собаки сопровождают гостей. К тебе обязательно пристроится местный пес с мудрым, почти человеческим взглядом. Он не просит еды, просто провожает до набережной, убедиться, что ты в безопасности, и тихо исчезнет в зарослях олеандра. К коровам тут тоже особое отношение, почти как в Индии, но отличие все же есть. Просто философия такая — неторопливость и созерцание.
Навигатор по имени Человек
В Астане мы доверяем маршрут чаще навигаторам, потому что редкий прохожий остановится объяснять. В Абхазии лучший навигатор — это живое слово. Безнадежно запутавшись в улочках города, остановилась с растерянным видом, вокруг тут же закипела жизнь. Прохожий не просто указал направление, он начал вспоминать путь, засомневался и окликнул соседа:
— Беслан, посмотри! Гостье из Казахстана нужно на рынок. Мы же правильно через старую лестницу ее отправляем?
Через минуту уже трое сухумцев обсуждали мой маршрут. Спорили, вспоминали, предупреждали, в итоге едва ли не за руку довели до нужного места, пожелав здоровья всей семье.
Мое сердце окончательно покорили продавцы местного рынка. Когда они услышали, что я покупаю гостинцы в Казахстан, начались возгласы, звучали советы, как довезти скоропортящиеся продукты и какие именно нужно брать. Они продавали так, как будто собирали посылку близким. В этом проявляется особое гостеприимство.
Аэропорт «Сухум»
Сухум — город с историей более 2500 лет. Сегодня здесь обсуждают главную новость: международный аэропорт «Сухум» имени Владислава Ардзинба возобновил работу. После 30 лет затишья сюда снова летают самолеты. Для туристов это означает новые возможности: больше не обязательно ехать через Сочи, можно прилететь прямо в субтропики.
Я возвращалась в Астану, и главное, что привезла — это понимание: наши страны связаны чем-то невидимым и очень крепким. Гостеприимством, которое не купишь, и уважением к земле, которая для всех нас остается родной.
Куралай Муратова
Фото предоставлены организаторами Форума «Деловые женщины Абхазии»
