В аэропорту нет мелочей — каждая минута и жест важны. Пилотов и стюардесс узнают по форме. Но на взлетной полосе есть люди, без которых лайнер просто не оторвется от земли. Они первыми встречают борт после приземления и последними дают ему зеленый свет на взлет. Их называют рамп-агентами. На такой должности в международном аэропорту Астаны служит Рустем ДЖАРКИМБАЕВ.
— Я работник первой категории. В мои обязанности входит встреча и выпуск самолета, — он говорит спокойно, почти буднично, хотя вокруг грохочет техника, мигают огни, а в небе заходят на посадку новые лайнеры. — Первая категория — это не просто встреча борта. Мы выполняем деайсинг и антиайсинг, то есть обрабатываем крыло противообледенительной жидкостью. Если оно примерзает, экипаж просит обработку, и мы ее проводим, используя специальные составы. То самое высокотехнологичное волшебство с оранжевыми и зелеными жидкостями, которое позволяет самолету взлететь в метель и мороз.
Но начинать подготовку нужно задолго до прилета.
— За 15 минут до посадки мы осматриваем стоянку и подготавливаем колодки, конусы — все наземное оборудование. Колодки — простые желтые бруски на асфальте — отвечают за безопасность. Когда самолет останавливается, он ставит стояночный тормоз. После этого мы устанавливаем колодки и показываем пилоту, что они на месте. Только тогда он может снять тормоз, — рассказывает спикер.
Дальше — центровка самолета. От того, как распределен багаж, зависит безопасность взлета.
— Если зацентровали неправильно, самолет во время взлета может задеть полосу. Балансировка должна быть точной. Даже перевозка животных — наша зона ответственности. В багажном отсеке есть специальное отапливаемое отделение, куда можно загрузить животных, — продолжает Рустем.
По его словам, когда самолет идет по рулежной дорожке к стоянке, рамп-агент берет сигнальные жезлы — яркие палочки, которые становятся его голосом.
— Я беру два жезла и показываю на себя — это знак, что встречаю борт. Он видит меня, и у нас своего рода зрительный контакт, но без слов, — объясняет собеседник.
В этот момент пилоты полностью доверяют человеку на земле — он ведет их к нужной точке. Если борт должен повернуть, жезлы становятся компасом.
— Если нужно повернуть налево, я опускаю левую руку и направляю правой. И наоборот, если поворот направо. Так самолет плавно выходит на осевую линию стоянки. Когда лайнер выравнивается и движется прямо, у агента есть еще один жест. Я слегка поднимаю левую руку, чтобы показать, что он идет ровно. Несколько секунд — и носовая стойка должна точно попасть на метку: для Boeing — своя, для Airbus — своя. Ошибок быть не должно, — отмечает специалист.
Но немая коммуникация не ограничивается тремя сигналами. Если нужно остановить борт немедленно, жезлы поднимаются вверх и пересекаются — экипаж понимает, что дальше двигаться нельзя. Если нужно снизить скорость руления, жезлы опускаются ниже, движение становится плавным. А если на пути препятствие или опасность, жезлы резко перекрещиваются. Это мгновенное предупреждение, которое пилоты распознают в любую погоду. Международный язык, одинаковый в Астане, Париже, Токио. И в любую погоду — под дождем, снегом или ветром — рамп-агент, глядя в кабину пилотов, «говорит» им все, что нужно для безопасной посадки.
Самолеты бывают разные. Встречают и огромные лайнеры, и бизнес-джеты.
— Мы обслуживаем самолеты различных делегаций, президентские рейсы. Это и Airbus 319, и Airbus 330 — большие и маленькие. Работа идет с любой техникой. На каждой стоянке есть метки для разных самолетов: Boeing, Airbus, Boeing 767, Boeing 757, — рассказывает рамп-агент.
Когда пассажиры уходят по телескопическому трапу, рамп-агент переходит в режим выпуска борта.
— Сначала — подключение СПУ. У нас есть специальные наушники, мы открываем лючок на самолете, соединяемся с экипажем и начинаем общаться. Задача — синхронизироваться с пилотами, чтобы подцепить тягач через адаптер. Просим установить стояночный тормоз, соединяем самолет с тягачом. «Водила» нужен, чтобы усилие тягача не сказывалось на шасси. После разрешения диспетчеров идет буксировка к зоне запуска двигателей. Там — отцепление оборудования. Я ухожу на безопасное расстояние, показываю экипажу, что все в порядке. Только после этого самолет может выруливать на взлет, — объясняет Рустем Джаркимбаев.
Рамп-агенты работают на улице круглый год, независимо от погоды. Один сотрудник обслуживает в среднем 4-5 самолетов за смену, но вместе с коллегами команда из восьми человек в день справляется примерно со 100 рейсами. Для работы предусмотрена специальная форма: зимние куртки, летние комплекты, дождевики и обувь для разных сезонов. Здесь нет понятия «нелетная погода», есть только рабочие условия, в которых нужно действовать без задержек и промедлений.
Екатерина ТЫЩЕНКО
Фото PR-службы аэропорта
