155 лет назад родился батыр казахского народа — Кажымукан Мунайтпасов. Кажымукан — легенда. В его биографии столько событий, что кажется, он прожил не одну, а несколько жизней. При этом человек-загадка. Биографию Мунайтпасова изучали десятки историков, писателей, но в ней остается огромное количество тайн. Уникальный силач, рекорды которого восхищают до сих пор. Первый профессиональный казахский спортсмен мирового уровня. И просто первый чемпион.
У него — силища…
Известно, что Кажымукан родился 7 апреля 1871 года в ауле Караоткель, на территории современной Акмолинской области, хотя споры о дате, месте рождения, даже о весе батыра продолжаются по сей день. Таков удел легендарных людей. Сходятся все в одном: с юных лет Мукан обладал огромной физической силой. Говорят, навыкам қазақша күрес его обучал дед — сам выдающийся силач и борец. И вскоре по всей степи разнеслась слава о непобедимом палуане.
А потом в Омске открылся цирк. Гвоздем цирковой программы стала заморская диковина — французская борьба. По одной версии, Мукан, прослышав об этом, отправился в Омск по Сибирской железной дороге, дабы взглянуть на это чудо, по другой — он уже работал в конюшне омского цирка и просто пришел на представление. Как и положено, силачи вышли на арену в конце действа. Новое, еще неизвестное единоборство сразу же пленило Мукана, он понял: французская борьба — его судьба.
А непосредственное знакомство с рукопашной схваткой на практике произошло у него тотчас. Победитель циркового турнира — могучий, искусный и очень уважаемый борец Андрей Злобин призвал помериться силами с ним любого желающего. И Мукан рискнул, прекрасно понимая, что шансов у него нет. Мастерство и опыт взяли верх, но казах продержался против профессионального борца 18 минут. Примечательно, что эта цифра четко указана во всех источниках.
«У него — силища!» — именно так прокомментировал схватку усталый и потрясенный Злобин. С его рекомендации и началась профессиональная спортивная карьера Мунайтпасова.
Они были первыми…
Рожденная в Древней Греции, возрожденная вместе с Олимпийскими играми на исходе XIX века, классическая борьба, именуемая тогда французской, потом греко-римской, в начале XX столетия завоевала весь мир. Колизеев и стадионов не было, и спорт слился с цирковым искусством. Борцы по совместительству были и силачами-гиревиками, и рестлерами-шоуменами. Слава коверных борцов того времени была сопоставима с популярностью современных футболистов. Иван Поддубный, Клеман Буль, Поль Понс, Георг Лурих, Иван Шемякин — звезды высшей величины. И в этом списке великих — казахский батыр. Правда, имени его никто тогда еще не знал…
Что в имени твоем?..
У профессионального спорта — свои законы. На заре карьеры у Мунайтпасова было много прозвищ: он был и Красной Маской, и Черным Иваном (выступал в борцовском квартете с Иванами — Поддубным, Шемякиным, Заикиным). А после своей первой международной победы, в 1905 году на турнире в Харбине, он взял псевдоним Ямахата Муханура — в честь легендарного самурая, сенешаля императора Японии. Под этим именем он и завоевал свой первый титул чемпиона мира по французской борьбе — в 1909 году в Гетеборге. Дальше было триумфальное турне по Южной Америке, потом золотая медаль в Варшаве. Везде его представляли то как японца, то как китайца, то как манджурина.
Одним из поворотных пунктов в судьбе Мунайтпасова стала поездка на турнир в Турцию, где в финале он уложил на лопатки местную знаменитость — могучего палуана Нуррулаха. Восхищенные турки предложили победителю совершить паломничество в Мекку и Медину, причем Мукан отправился туда вместе с поверженным им Нуррулахом. После посещения святых мест он успел побывать в Персии, где выиграл еще один турнир и получил из рук шаха орден Льва и Солнца. Именно после хаджа Мунайтпасов взял себе имя, под которым известен всем, — Кажымукан. Впервые под своим настоящим именем он вышел на арену весной 1912 года во время международного турнира в Саратове, где завоевал серебряную медаль.
По гамбургскому счету
Профессиональный спорт — пестрая, бурная, похожая на джунгли жизнь, где всем правит расчет. Борцам приходилось на потеху публики устраивать шоу — демонстрировать зрелищные, эффектные поединки, как правило, с оговоренным заранее исходом — у них это называлось «цирковой борьбой». Проходили и настоящие чемпионаты, но здесь все решали деньги, ставки, воздействие местной публики, влияние судей, а в ход шло все: подкупы, угрозы, даже оливковое масло, которым особо ушлые борцы обмазывали свои торсы, дабы не дать сопернику себя обхватить.
Существует красивая легенда (а может, и не легенда), что лучшие борцы мира раз в год собирались в Гамбурге, снимали там гостинцу или кабак, выставляли всех любопытных, особенно промоутеров и репортеров, и боролись за закрытыми дверями — незрелищно, натужно, иногда такие схватки длились по несколько часов, и все решали терпение и выносливость. Делалось это для того, чтобы честно между собой определить, кто из атлетов на самом деле самый сильный. Все результаты строго держались в тайне, их знали только сами борцы. Отсюда и пошло выражение «гамбургский счет», означающее самую честную, объективную, беспристрастную оценку.
У Кажымукана Мунайтпасова — свой гамбургский счет в карьере, где были яркие победы, поражения, скандальные ситуации.
Наверное, самым неудобным соперником у Кажымукана был Георг Лурих — один из величайших атлетов своего времени, двукратный чемпион мира, своего рода «эстонский Мунайтпасов». На международном чемпионате в Москве зимой 1911 года противостояние Кажымукана и Георга должно было стать украшением турнира, а превратилось в скандал. Георг был «домашним» борцом, фаворитом, которому досрочно прочили победу, однако он не смог справиться с казахом. Лурих через судей добился повторного поединка на следующий день, однако вновь не смог победить. Судьи назначили дополнительное время, а когда и оно истекло, просто присудили победу своему борцу. Через два месяца уже в Петербурге принципиальные соперники вновь сходятся на арене. Казахский палуан жаждет реванша, однако вновь в дело вступают судьи и дисквалифицируют его за выдуманное нарушение правил. При этом Мунайтпасов и Лурих в жизни были приятелями, а Кажымукан даже выступал в борцовской команде Георга.
А вот участие в соревновании под названием «Всемирный чемпионат России», прошедшем в Нижнем Новгороде в 1912 году, едва не обернулось для Кажымукана трагедией. Он уверенно одержал пять побед, добрался до финала, и здесь на арену вышел местный борец Николай Турбас, который то ли случайно, то ли намеренно опоздал на турнир. По правилам он не имел права бороться, но правила — последнее, что соблюдается в этом мире. Местная публика быстро надавила на судей, и усталому Кажымукану пришлось бороться с соперником, который не провел ни одного поединка и был свеж. К тому же Турбас превосходил его в скорости и проворстве. И все-таки Кажымукан сумел обхватить соперника и совершить свой коронный бросок.
«После сильного толчка обеими его руками я почувствовал, что лечу в оркестр. Трещат инструменты, раздаются вопли ушибленных людей» — такими впечатлениями о своем полете поделился Турбас, в мемуарах которого Кажымукан упоминается не раз.
Однако на этом дело не закончилось. Местные народные мстители проникли в раздевалку Мунайтпасова и, когда он туда зашел, напали на него. Жизнь борца-профессионала находилась тогда под опасностью. Сопернику Поддубного — французу Ле Буше проломили голову, русского борца Ивана Бабушкина застрелили. Кажымукан сумел отбиться и выбраться из нижегородского цирка. Медаль за турнир ему потом все-таки вручили, но малую, главный приз достался «летуну» Турбасу.
Легендарным стал поединок в Токио с чемпионом Японии по джиу-джитсу Саракики Джиндофу, ставший, по сути, боем без правил. Самоуверенный японский чемпион бросил вызов приезжим борцам, но принимать его никто не решился — о джиу-джитсу все были уже наслышаны. Кажымукан не сразу понял, о чем речь, а когда ему перевели, сразу вышел на арену. Схватка получилась кровавой, причем буквально: Саракики разорвал нашему палуану ухо и губу. Но истекающий кровью Мунайтпасов продолжил поединок, обхватил японца и бросил его на ковер. Согласно легенде, японец не перенес этого поражения: то ли сошел с ума, то ли сделал сеппуку.
Самым рекордным у Мунайтпасова стал турнир в Троицке: казахский батыр 18 раз выходил на ковер и 18 раз побеждал.
Большой человек
Все подвиги и рекорды батыра трудно перечесть. За годы своей карьеры Кажымукан побывал в 54 странах. Официально он завоевал 48 медалей различного достоинства. Но историки считают, что наград было больше. Его первые медали сгорели во время пожара в цирке в 1910 году. Утрачивал он их и по другим причинам. Одна, наглядно характеризующая, каким человеком был Кажымукан, известна. У его коллеги, борца Кристапа Вейланд-Шульца, скоропостижно умер отец, но денег на поездку домой у сына не было. И тогда Кажымукан отдал Кристапу часть своих медалей, чтобы тот на вырученные от их продажи деньги смог купить билеты.
Помимо спортивных наград, Мунайтпасов был кавалером орденов трех разных государств — советского «Знака Почета», уже упомянутого персидского Льва и Солнца, маньжурского Благоденствия.
Однако своей самой высокой наградой он всегда считал почетное звание «Батыр казахского народа».
Жизнь Мунайтпасова никогда не ограничивалась принципом «Сила есть!». С Кажымукана началось плановое развитие казахстанского спорта, он организовывал первые соревнования, открывал секции. Именно он стоял у истоков первого казахского профессионального театра, открытого в 1926 году в Кызыл-Орде.
О вкладе Кажымукана Мунайтпасова в победу в Великой Отечественной войне известно всем. Будучи уже в преклонном возрасте, имея проблемы со здоровьем, он разъезжал по казахстанским городам и аулам и устраивал представления, демонстрируя феноменальные силовые трюки. Особым успехом пользовался номер с машиной, которая проезжала по доскам, положенным на грудь батыру. Говорят, он выдерживал вес легковой машины ГАЗ-М-1 («эмки»), хотя существует утверждение, что ему под силу было выдержать даже грузовую «полуторку».
Все вырученные средства и личные сбережения Кажымукан направил на строительство самолета. На них был построен ночной бомбардировщик По-2, по пожеланию палуана получивший название «Амангельды Иманов», который в годы войны под командованием летчика-казахстанца Кажытая Шалабаева совершил 217 боевых вылетов.
Парад-алле
До нас дошла старая кинохроника 1912 года, на которой заснят парад-алле лучших цирковых борцов дореволюционной эпохи — пионеров греко-римской борьбы. По кругу торжественно и величаво маршируют силачи-чемпионы: Иван Поддубный, Георг Лурих, Иван Шемякин, Кристап Вейланд-Шульц, Сальватор Бамбула и другие звезды цирковой арены. И в этой компании шествует Кажымукан Мунайтпасов. Он по-восточному невозмутим, но когда проходит мимо снимающего спортсменов оператора, не выдерживает и хитро подмигивает в камеру. Увидевшие этот момент сотоварищи-силачи, только что важные и сосредоточенные, едва сдерживают смех. Похоже, казахский палуан здесь всеобщий любимец. Считается, что именно Хаджимукану Мунайтпасову принадлежит афоризм, являющийся девизом борцов: «Кто боится упасть, никогда не взлетит».
В честь Кажымукана Мунайтпасова названы улицы в казахстанских городах, стадионы и спортивные комплексы. В честь него возводят памятники и проводят спортивные турниры. Память о батыре казахского народа — вечном бессмертном чемпионе живет и будет жить дальше. Он это заслужил…
Максим Удод
